Служба в российской армии как средство социального продвижения для детей молдавского и валашского нобилитета (по материалам челобитных, поданных во время русско-турецкой войны 1768–1774 годов) [Articol]

Abstract

На основании архивных документов рассматривается стремление представителей молдавского и валашского нобилитета, которые ходатайствовали перед генералом Петром Румянцевым за своих детей с просьбой принять их на военную службу, получая возможность их социального продвижения по карьерной лестнице. В качестве приложения публикуются документы, которые охватывают период с ноября 1770 г. по январь 1772 г., а именно: донесение от спэтарула Дивана Мунтении Стефана Топличана, прошение полковника Волошского гусарского полка Родиона Кантакузино и прошение ясского протопопа Михаила Стрильбицкого. Через истории трех семей показан срез тогдашнего общества и желание местных элит стать на сторону сильнейшего, а также готовность с одной стороны, поддержать российскую армию, вторгнувшуюся в Княжества, а с другой начать новую жизнь, обретая подчас и новую родину. В последнем случае мы имеем дело с российским агентом влияния, служившим в Молдавии при местных митрополитах и активно помогавшим российской армии.

Pe baza documentelor de arhivă, articolul examinează aspirațiile reprezentanților nobilimii moldovenești și muntene, care i-au adresat generalului Petr Rumianțev, în numele copiilor lor, petiții pentru a-i accepta în serviciul militar, oferindu-le astfel oportunitatea de avansare socială în carieră. Anexa conține documente care acoperă perioada noiembrie 1770 – ianuarie 1772, și anume: un raport al spatarului Divanului Munteniei, Ștefan Toplican, o petiție a colonelului Regimentului de Husari Munteni, Rodion Cantacuzino, și o petiție a protopopului ieșean, Mihail Strilbițki. Prin intermediul poveștilor a trei familii, este prezentată o secțiune transversală a societății vremii, alături de dorința elitelor locale de a se alătura celor mai puternici, precum și disponibilitatea lor, pe de o parte, de a sprijini armata rusă care invadase Principatele, iar pe de altă parte, de a începe o viață nouă, uneori chiar găsind o nouă patrie.